Главная страница 1страница 2страница 3 ... страница 10страница 11

С годами интуиция все реже и реже подводит меня. Последний раз я был ею обманут на матче с Бельгией в Мексике. До сих пор, просматривая видеозапись того матча, не могу поверить в то, что произошло, – настолько игра шла нам в руки. Смотрю пленку и думаю: второй тайм заканчивается, 2:1, мы владеем ситуацией, вот только что должны были забить третий мяч, когда же нам то будут забивать, бельгийцы даже не помышляют о серьезный атаках – может быть, я не тот матч смотрю?…

Своими ощущениями я никогда ни с кем не делюсь. Пока хранишь их в себе – они сильны, стоит обсудить с кем нибудь – расхолодишь и себя и собеседника.

В день матча необходима строжайшая концентрация профессиональной энергии. Есть нити, убежден, посредством которых она передается игрокам. Сколько раз ловил себя на том, что импульс адресатом получен: «передатчик» и «приемник» находились на одной волне.

Не позволяю себе ни на мгновенье отвлекаться во время игры. 30 сентября 1987 года в ответном матче Кубка чемпионов с «Рейнджерс» в Глазго Беланов после столкновения с Макгрегором в середине первого тайма не смог больше играть. Я продолжал смотреть. Атака на наши ворота, высокая передача, Чанов уверенно вышел и забрал мяч. Пока он готовился ввести его в игру, я повернулся вполоборота к скамейке и попросил, чтобы как можно быстрее подготовили к игре Евтушенко – вместо Беланова. Вдруг с трибуны обрушился шквал аплодисментов и криков. Что такое? Взгляд на поле – мяч в наших воротах. На скамейке никто мне не смог толком объяснить, каким образом мяч, находившийся секунду назад у вратаря, оказался в сетке. Только в перерыве выяснили, что Чанов, не дождавшись, пока свои и чужие покинут штрафную площадку, взмахнул рукой и… Мяч сорвался с его ладони, ударился в землю, попал шагавшему вперед Балтаче чуть пониже спины, а уж Маккойст и Фалько ситуацией воспользовались. Курьезных голов бывает не так уж много. Этот я бы поставил на второе место после мяча, заброшенного в свои ворота Шмуцем, армейским вратарем, в матче ЦСКА – «Арарат» в Москве.

В Утрехте даже при счете 0: 2 я сохранял полную уверенность в том, что голландцев в Киеве мы обыграем с таким счетом, с каким нужно. Когда же Демьяненко за семь минут до конца встречи забил гол, который затем назвали «голом надежды», уверенность моя окрепла. Было хорошо видно, что на перегруппировку сил в обороне при нашей смене направлений атак футболисты «Утрехта» затрачивают слишком много времени. Это непозволительная для сегодняшнего футбола роскошь, подобной слабостью грешно не воспользоваться. Тем более что, как мы сообща определили, разбирая матч, отсутствовала логическая связь между содержанием игры и ее исходом.

А на восьмой минуте ответного матча в Киеве общий счет стал 3:1 в пользу «Утрехта»… Гол Крюйса заставил на какое то время смолкнуть стотысячные трибуны, но не вызвал ни малейших проявлений нервозности у нашей команды. Пожалуй, на скамейке мы переживали больше, чем они на поле. Когда я смотрел видеофильм о Пеле, то обратил внимание, как невозмутимо бразильцы доставили мяч к центру поля после того, как шведы открыли счет в финальном матче чемпионата мира 1958 года. Сравнение уровней матчей, конечно, неправомерно, но реакция на пропущенный гол была аналогичной. Мне показалось даже, что наши игроки, находившиеся в «эпицентре» гола, весело переговаривались и улыбались, доставая мяч из сетки. Уж как ни зол я был на них тогда, а отметил про себя: это – проявление уверенности и класса.

Полное удовлетворение от матча остается только тогда, когда достигнут результат и осуществлено задуманное. Матч с «Утрехтом» в Киеве запомнился именно по этой причине. Четыре мяча в ворота Ван Эде не были пределом для наших ребят, они искусственно притормозили после четвертого, и их можно было понять: дело сделано. Максимальное внимание обороне, спокойная игра в середине и впереди.

Меня обрадовало, что, когда в концовке матча голландцы предприняли серьезную попытку изменить результат, наши мгновенно поставили их на место, вернули предложенный с самого начала темп и объяснили тем самым: готовы, мол, забивать еще, если желаете. После этого «Утрехт» стал доигрывать.

Неубедительным было бы постфактум утверждать, будто уже тогда мы поняли, что на многое способны в этом розыгрыше. Нет, предстоял еще один раунд в 1985 году, продолжалась довольно упорная борьба за чемпионский титул, ждал команду отпуск – период, усугубляющий неизвестность, и начало следующего сезона – сезона чемпионата мира и многодневных сборов. И тем не менее берусь утверждать: 2 октября в Киеве мы получили огромный заряд уверенности в том, что преодолели основательную часть пути в строительстве новой команды, «команды для Европы».

Вслух об этом никто не говорил. Более того, когда друзья пытались в частных беседах петь команде дифирамбы, я моментально обрывал их: выигран рядовой матч, обыгран один из пяти соперников, которых необходимо обыграть, чтобы вновь привезти Кубок кубков. Что такое один из пяти? Всего лишь одна пятая.

Нельзя не согласиться, что «Утрехт», равно как и наш следующий соперник – румынская «Университатя», не входит в элиту европейского футбола. А кто входит?

В европейском футболе сейчас нет постоянных величин. То, что в свое время в числе верховодивших был, к примеру, итальянский «Интер» во главе с выдающимся тренером Эленио Эррерой, ничего не говорит об «Интере» нынешнем. В свое время тбилисские динамовцы проиграли в рамках Кубка швейцарскому «Грассхопперсу», который, как утверждали тогда, в элиту не входил. Но не входил в соответствии с чьими то данными, сам «Грассхопперс» об этом и не ведал. Все помнили хорошо, что у «Грассхопперса» «Арарат» спокойно выиграл и дома, и в гостях, но почему то забыли, что представшая перед тбилисцами швейцарская команда совершенно иная: с другими игроками, способными реализовать другие идеи другого тренера, толкового специалиста, работавшего у Хельмута Шена.

Замечено: после жеребьевок тренеры обычно утверждают, что в соперники им достался клуб – страшнее некуда, а обозреватели, напротив, выискивают заведомых «клиентов». Это, конечно, крайности. Тренеру кого ни назови, вслух он всегда скажет, что сильнее противника еще не было. Реакция чисто профессиональная. В душе же он реально оценивает силу любой команды, особенно после того, как увидит ее в деле. Соперник действительно может оказаться на тот момент очень сильным, а может – и средним и даже – слабым. Истинные его возможности анализируются во время подготовки к матчу.

Когда же силу или слабость соперника определяют в зависимости от его имени или турнирного положения, это здорово смахивает на дезинформацию.

После жеребьевки отборочного турнира чемпионата Европы все вдруг обнаружили в нашей группе «слабаков» – сборные Исландии и Норвегии. Я согласен, обыгрывать эти команды мы просто обязаны. Но и забывать не следует: сил для побед над ними с каждым годом приходится затрачивать все больше и больше. И не только нам. Исландцы отобрали по очку у нас и французов, французы, чемпионы континента, пусть и игравшие в несколько ином, чем мы привыкли видеть в последние годы, составе, в двух матчах с норвежцами сумели добиться лишь одной ничьей. Чехословацкой сборной проигрыш финнам вообще стоил места в финале чемпионата Европы.

В свое время на уровне сегодняшних финнов, норвежцев, исландцев котировались сборные и клубы Голландии, Дании. Потом вдруг выяснилось, что они научились играть в футбол, да так, что весь мир ахнул, глядя на голландцев в ФРГ в 1974 году и Аргентине в 1978 м, а на датчан – на европейском первенстве во Франции в 1984 году.

Пожалуй, только перед встречами с командами Албании, Мальты, Кипра, Люксембурга не может быть никаких сомнений. Со всеми остальными – признанными авторитетами и только утверждающими себя – необходимо держать ухо востро.

Если взглянуть на списки победителей европейских кубков, и прежде всего – Кубка чемпионов, можно обнаружить, что были «эры» мадридского «Реала», лиссабонской «Бенфики», миланского «Интера», «Аякса» из Амстердама, мюнхенской «Баварии», английских клубов «Ливерпуль» и «Ноттингем Форест»… Перечислил команды, которым удавалось несколько раз подряд выигрывать самый престижный европейский турнир.

Подобное по силам лишь суперклубам, тщательно и основательно создаваемым. «Выстреливая» в течение двух трех лет, они затем на некоторое время уходили в тень, реконструируя состав, меняя тренера, изыскивая новые, более солидные, финансовые возможности.

«Реал», к примеру, пять раз подряд выигрывал Кубок чемпионов в конце пятидесятых годов, никому не позволяя подняться наверх в новом для Европы соревновании. В 1960 году в финальном матче, проводившемся в Глазго, мадридская команда в блестящем стиле разгромила «Эйнтрахт» из Франкфурта на Майне – 7:3. Пушкаш забил четыре мяча, Ди Стефано – три.

Кто бы мог предположить тогда, что после 18 мая 1960 года «Реалу» потребуется шесть (!) лет для того, чтобы еще раз выиграть Кубок чемпионов. А было именно так. Затем «Реал» оказался среди посредственных клубов, постепенно возрождается лишь в последние годы.

Все закономерно. Слава футбольной команды коротка и вечна. Спады суперклубов чередуются с ослепительными подъемами. Помню, как лет десять пятнадцать назад на страницах европейской прессы дебатировался вопрос: отражают ли успехи суперклубов состояние футбольных дел внутри той или иной страны или же гиганты существуют сами по себе и по ним нельзя судить об общей картине? Наверное, все таки отражают. Но, вне всякого сомнения, существуют и иные многочисленные обстоятельства, способствующие фантастическим на первый взгляд взлетам.

Первое и самое, пожалуй, важное – наличие мастеров экстракласса, игроков мирового уровня. Спады суперклубов связаны прежде всего с возрастом игроков. Никому еще не удавалось постепенно, исподволь менять великих футболистов так, чтобы процесс этот проходил безболезненно и незаметно. Стоило Ди Стефано, Пушкашу, Сантамария, Копа, да и Хенто перешагнуть определенный возрастной барьер и снизить из за этого уровень, как мгновенно потускнела игра «Реала», новички которого были лишь бледной копией своих великих предшественников.

Все знают о необходимости в нужный момент омолодить состав, но это, как выясняется, один из тяжелейших моментов для подавляющего большинства клубов.

В сегодняшнем футболе высокого европейского уровня вопрос этот решается гораздо проще.

Когда перед «Миланом» – командой, согласитесь, известной, но последний раз выигрывавшей Кубок кубков в 1973 году – новое руководство клуба поставило задачу вернуться во что бы то ни стало в число сильнейших на континенте, тренеры не стали искать игроков, способных усилить игру, в своих детских и юношеских школах. Взгляд руководителей «Милана» упал на голландца Ван Бастена – обладателя «Золотой бутсы» 1986 года. В «Аякс» был послан гонец итальянского клуба. История почти анекдотическая. Посланец пришел в здание амстердамского клуба, представился находившемуся там в то время менеджеру Круиффу и президенту и сказал, что он приехал покупать Ван Бастена. Гостеприимные хозяева угостили гостя кофе и сигарами и ответили, что Ван Бастен весьма нужен «Аяксу» и не продается. «Вы, – гнул свое представитель «Милана», – не совсем, видимо, верно меня поняли, извините за мой плохой английский, но нам очень нужен Ван Бастен, а размер суммы в «купчей» вы можете проставить сами». Ради шутки Круифф назвал фантастическую цифру, будучи убежден в ее неприемлемости для «Милана». «Скажу честно, – признался посланец, – мы думали о меньшей сумме, но согласны и на названную вами». Руководители «Аякса» опешили, а потом подписали документ.

Чтобы Ван Бастен не скучал, «Милан» закупил еще одну звезду – Гуллита из голландского «Эйндховена». Не берусь судить, как скоро Ван Бастен и Гуллит начнут возвращать «Милану» миллионы, но в том, что это произойдет, почти не сомневаюсь.

Недавний наш соперник по розыгрышу Кубка чемпионов шотландский «Глазго Рейнджерс» последний раз (до 1986 года) был чемпионом Шотландии в 1978 году. Новый владелец команды, миллионер, ведущий дела в США и Канаде, поставил перед ней цель: выиграть чемпионат и замахнуться на Кубок чемпионов. Нужны новые игроки? Пожалуйста! Если раньше английские клубы постоянно выдергивали талантливых футболистов из шотландских, то теперь «Рейнджерс» купил двух игроков сборной Англии – защитника Батчера и второго вратаря сборной Вудса, двух высококлассных форвардов – Фалько из «Уотфорда» и знаменитого нападающего английской сборной Фрэнсиса. Всего же в «Глазго» заиграли сразу пять англичан, команда буквально преобразилась, ведет на поле борьбу за каждый мяч, стремится не давать сопернику малейшей передышки, дома стала регулярно бить вечного соперника– «Селтик», весомо заявила о себе и в Европе. Убежден, стоит «рейнджерсам» добиться успеха в Кубке чемпионов, как команда окажется не в состоянии удержать свой высокий игровой уровень: возраст многих игроков приближается к критическому. Но убежден также, что комплектоваться в дальнейшем «Глазго» будет уже проверенным способом.

Немаловажная причина возникновения кризиса в суперклубе – отсутствие побудительных причин, дальнейшей мотивации для игроков, побывавших на многих футбольных вершинах. «Бавария» царствовала в клубном футболе Европы в середине 70 х годов, выигрывала чемпионаты ФРГ, трижды подряд брала Кубок чемпионов. Многие ее игроки в 1974 году стали чемпионами мира. Чем стимулировать их еще? Деньги за эти победы заработаны немалые, спортивные вершины покорены. Как заставить эту команду играть на том уровне, на который она сама поднялась? Между прочим, 1976 год был последним, когда мюнхенский клуб завоевывал европейский приз. А ведь сколько сил уходит на то, чтобы пробиться на континентальный турнир в чемпионатах Англии, ФРГ, Италии. Постоянного участия в нем никто гарантировать не может, а только постоянное представительство дает возможность молодым игрокам приобретать столь желанный международный опыт, ценность которого общеизвестна и клубам, и сборным.

Я далек от призывов сосредоточивать всех сильнейших игроков в одном клубе – имею в виду наш футбол. Но добиваться, чтобы лучшие играли в высшей лиге, а не в первой или тем паче во второй, следует. Это – в интересах нашего футбола.

Скольких талантливых футболистов мы лишились только потому, что они продолжали играть классом ниже и не помышляли по ряду причин о переходе в команды, представляющие, скажем, советский футбол в европейских турнирах. Причин этих несколько. Одна из них – нежелание подняться на новый, более трудный и ответственный уровень тренировочной работы. Другая – из области парадоксов: материальные условия в ряде команд первой и второй лиг такие, что и не снились некоторым клубам высшей лиги. Зачем переходить: работать надо больше, а получать придется меньше! Бред какой то.

Сплошь и рядом нелепая ситуация: на европейском клубном уровне нам зачастую противостоят сборные, укомплектованные футболистами высокого уровня из разных стран, надо с ними играть не только на равных, но и побеждать, а мы не в состоянии заполучить способного парня из областного или районного центра. Ладно бы сама команда что то из себя представляла, так ведь нет: довольствуется малым в результатах, но норовит за это побольше получить.

Какими сведениями об «Университете» мы располагали?

Из статистических, которые я называю вспомогательными, явствовало, что трижды команда выигрывала чемпионат Румынии, несколько футболистов входят в сборную, осенью 1977 года клуб переиграл в Кубке кубков московских динамовцев. Капитан «Университати» и сборной Румынии Штефэнеску заметил после жеребьевки: «Победив киевское «Динамо», мы можем твердо рассчитывать на повторение нашего лучшего результата в европейских турнирах – выход в полуфинал, а может быть, замахнемся и на большее».

Из достоверных сведений мы располагали видеозаписью ответного матча румын с «Монако», в котором обладатель кубка Франции был убедительно переигран с нужным для «Университати» счетом 3:0. Поскольку первую встречу нам предстояло проводить в гостях, на этот матч мы и ориентировались в своей подготовке.

К тому времени, за несколько туров до финиша чемпионата страны, нам удалась игра в Москве со «Спартаком», игра принципиальная всегда, а в данном случае, как говорят, «за четыре очка» – спартаковцы, как и мы, входили в лидирующую группу. Хорошему настроению способствовал не только результат, позволивший оторваться в таблице от конкурентов (от «Спартака» на пять очков, от «Днепра» – на шесть), но и то, что мы сохранили уровень игры, показанный дома с «Утрехтом», а тот матч с голландцами я до сих пор считаю лучшим нашим матчем в сезоне.

Сил к 23 октября отдали много, но в Крайове было не до их экономии. Румыны наблюдали нашу игру со «Спартаком» и все, казалось, предусмотрели для нейтрализации Заварова. Как только Заваров овладевал мячом, перед ним сразу же вырастали как минимум два футболиста «Университати». Эта разумная, надо отметить, мера была неожиданной для Заварова, в первый момент не сумевшего поменять манеру. Не прошло и четверти часа, как Заваров, получив мяч возле своей штрафной площадки, привычно двинулся вперед и уткнулся в двух соперников. К потере мяча не был готов ни наш хавбек, ни его партнеры, и Быку открыл счет.

Для Заварова, равно как и для всей команды, гол этот стал досадным, но раззадорившим уколом. Не прошло и десяти минут, в течение которых была устроена самая настоящая карусель на половине поля соперника, как Заваров забил два ответных мяча – один лучше другого – после атакующих операций, в которых со сменой направлений участвовали по пять шесть человек. В этот отрезок времени мог забить и Евтушенко, а сразу же при счете 2:1 и Блохин.

В завязавшейся затем на встречных курсах игре атаки обоих соперников пресекались загодя, и у меня нет оснований упрекать ребят за то, что примерно с середины второго тайма они начали потихоньку замедлять темп. Это в наших правилах – рациональное использование и контролирование сложившейся ситуации. Закономерность счета поставил под сомнение болгарский арбитр Жежов, назначивший пенальти за восемь минут до конца встречи, в момент, когда наказанию должен был подвергнуться соперник. Со штрафного последовала рядовая передача в район вратарской площади, Балтача выпрыгнул выше всех и отбил мяч. Когда он приземлялся, в него врезался не успевший на передачу румынский игрок. Бывают сложности при определении пенальти, но проще этого эпизода и представить себе что либо трудно.

Тем не менее счет сравнялся, хозяева поля воспрянули духом, но не тут то было. Концовку матча паши провели, словно демонстрируя, как они будут играть через две недели в Киеве: четыре подряд острейшие атаки, на заключительной стадии которых блестяще играл вратарь Лунг.

И продолжение последовало. На переполненном стадионе в праздничный день 8 ноября уже к тринадцатой минуте счет после ударов Раца, Беланова и Демьяненко был 3:0. За весь матч Михайлов дважды вступал в борьбу и оказался единственным, не побывавшим в штрафной площадке «Университати».

После яростных наших атак, требовавших восстановления сил, мы переходили на так называемую «выездную модель», отдавали инициативу «Университете», встречали ее футболистов на своей половине поля, пользовались скоростными контратаками, «отдыхали», а затем вновь принимались за массовую коллективную игру, в которой невозможно было определить, кто защитник, кто полузащитник, а кто нападающий. Свой гол левый защитник Демьяненко забил с позиции центрфорварда, а Блохина и Беланова не раз видели выполняющими подкат на подступах к своей штрафной площадке. Не говорю уже об игроках середины поля, диапазон действий которых – вся площадка.

Мирча Рэдулеску, тренер «Университати», поздравив нас в раздевалке, сказал примерно то же, что месяц назад Нол де Руйтер: «Свою команду, поверьте, я слабой не считаю. Но до того футбола, который мы увидели в исполнении «Динамо», особенно в Киеве, нам расти и расти. Неплохо зная европейский клубный футбол, могу засвидетельствовать, что киевским игрокам вполне по силам выиграть Кубок, чего я и желаю им от души». Понятно, что эти добрые слова сказаны искренне, но в них есть и доля преувеличения, вызванного скорее всего желанием в некоторой степени реабилитировать себя: «Да, проиграли, но посмотрите кому!».

После «Университати» все внимание мы сосредоточили на концовке чемпионата и выиграли его. В наш адрес прозвучали тогда обвинения в том, что мы якобы без борьбы проиграли в Тбилиси и Кутаиси. «Без борьбы», – говорили те, кто этих игр не видел. Другое дело, что перед такими встречами практически невозможно настроить выложившуюся в сезоне команду, для которой два последних выхода на поле ничего не решают. Какие бы слова тренер ни говорил в подобных случаях игрокам, они в одно ухо влетают, из другого вылетают. Да, понимали все, нужно подтверждать чемпионскую репутацию, да, люди придут смотреть на победителя первенства, но как заставить выложиться, если результат ни на что не влияет, если игроки только и мечтают: скорей бы закончился этот матч в конце сезона, скорей бы судья дал сигнал – мыслями команда уже в отпуске.

Насчет «обязанности» выиграть. Мне это напомнило, как в 1974, если не ошибаюсь, году нам предъявляли претензии: почему вы не выиграли у кишиневской «Нистру», как вы могли проиграть такой команде? Позор! Но мы не ставили перед собой локальную цель – выиграть именно у «Нистру». Задача наша в том сезоне была несколько иной – победить в чемпионате и Кубке СССР. При чем здесь «Нистру»? Кишиневцы были одним из многочисленных наших соперников, им удалось исключительно хорошо подготовиться к матчу с киевским «Динамо» – сверхраздражитель! – и выиграть 1: 0. Потом, правда, когда все закончилось, выяснилось, что мы со своей общей задачей справились, а «Нистру», решив локальную, отправилась в первую лигу, имея в активе победу «аж над самим чемпионом».

1:2 в Тбилиси и Кутаиси – из этого же разряда матчей: полное отсутствие спортивной мотивации. Невозможно было отрешиться от того, что задачи в сезоне выполнены полностью: одержана победа в чемпионате, в Кубке, завоеван выход в четвертьфинал Кубка кубков при убедительной игре в обоих раундах, оказана помощь сборной в отборочных матчах чемпионата мира. Была бы моя воля (и весьма жаль, что проявить ее практически невозможно), я бы вообще отправил в Тбилиси и Кутаиси на заключительные матчи резервный состав из тех футболистов, которые не испытали в завершившемся сезоне перегрузок. Правда, тогда в случае поражений обвинения в наш адрес были бы, вероятно, суровее, тогда бы «предумышленность» поражений доказывалась фактически: специально, чтобы проиграть, прислали дублеров.

Меня порадовало, что серьезные обозреватели отметили поиск в киевском «Динамо» новых системных связей в командных действиях, подчеркивали умение игроков не только в полной мере раскрывать свои возможности в условиях жесткой опеки, но и (по всей вероятности, это не менее важно в современном футболе) ограничивать возможности соперников. Все это тщательно разрабатывалось на тренировках, разнообразных и целенаправленных.

С десятого места в 1984 м мы шагнули на первое в следующем году, да еще с Кубком в руках. Совсем неплохо. Мы радовались, но, вспоминаю, радость была какой то будничной, деловой. Это приятно, потому что победная эйфория никому еще пользы не приносила, 1987 год это подтвердил.

Нас вполне устраивало отсутствие налета сенсационности в анализе наших результатов: ничего особенного, дескать, не произошло, вот если бы какая нибудь другая команда скакнула с десятого места на первое и победила в Кубке, тогда – невероятно, а к победам киевского «Динамо» все уже привыкли.

Привычка – штука серьезная… Когда мы в 1987 году играли в финале Кубка страны с минчанами в Москве (какой получился финал!), стало известно, что в Минске разработали целую программу встречи команды в том случае, если она, разумеется, выиграет. Выиграли мы, но нам задержка на вокзале в Киеве не грозила: команду встречали водитель автобуса и два три представителя клуба.

Мы порадовались за московских одноклубников, блестяще выигравших в Цюрихе у «Грассхопперса» первый матч 1/32 финала розыгрыша Кубка УЕФА. И когда в телевизионной программе «Футбольное обозрение» увидели теплую встречу, устроенную им по возвращении в Шереметьево, кто то из наших ребят, сидя на базе в кресле перед телевизором, произнес: «Да, такой прием нам не мог и присниться даже после прошлогоднего Лиона…»

Тогда, 4 мая 1986 года, спустя два дня после победы в финале Кубка кубков над мадридским «Атлетико» 3:0, нас, не отошедших еще от чересчур, на мой взгляд, восторженных оценок, прозвучавших на месте события, в Шереметьеве встречали лишь два администратора – Борис Кулачко из сборной (он должен был забрать наших сборников) и Александр Чубаров из киевского «Динамо» с билетами на ночной поезд. Мне, повидавшему в футболе многое, такое отношение не в диковинку. Обидно было за ребят. Я им говорил: время позднее, день воскресный, не сумели люди выбраться за город. Ребята, особенно молодые, преломляли ситуацию сквозь призму общего отношения к команде.

…1986 год я начал без команды. Впору было хоть в отпуск уходить. В январе в сборную страны и в сборную клубов забрали 12 человек, дома мы работали с игроками основного состава – Чановым, Яковенко, Евсеевым, Олефиренко, Михайличенко и Каратаевым – и с дублерами. Этой «бригадой» отправились в Венгрию. Поездка планировалась как подготовка к четвертьфиналам Кубка кубков с «Рапидом». Но какая уж тут подготовка! Сборники прибыли значительно позже, а пока в наличии было всего девять игроков, играли в мини футбол. Когда подъехали ведущие, мы приняли участие в турнире, выиграли два матча у «Халадаша» – 2:0 и «Залаэгерсега» – 1:0, а затем провели контрольную встречу с «Уйпешт Дожа» – 4:1.

Результатами были довольны, а вот состояние игроков на тот период было удовлетворительным – не более. Сложность заключалась в том, что конкретные планы сборной и нашего клуба расходились. Сборная нацеливалась на более отдаленный пик формы, нам же следовало быть во всеоружии в начале марта, ко дню первой встречи с «Рапидом». Соперники наши тем временем гостили в Советском Союзе, за ними по Узбекистану ездил с видеокамерой руководитель пресс службы киевского «Динамо» Михаил Ошемков. Так что вопросы получения информации были решены. Проблемы были с собственной готовностью.

По возвращении сборников мы не ставили целью форсировать их игровую форму, а рады были тому, что удалось привести их хотя бы к игровому весу.

Все это, а также то, что второй раз свою команду в полном составе я увидел лишь в Вене за два дня до игры, безусловно, сказалось на матче, особенно на первом его тайме, когда нам пришлось пережить несколько исключительно неприятных моментов.

«Рапид», который тренировал тогда югослав Златко Маркович (его после игр с нами уволили, он рассказывал об этом, когда специально приезжал в Прагу на полуфинал «Дукла» – «Динамо», поздравлял пас и желал успеха в Лионе), построил на своем поле игру от обороны с расчетом на быстрые контратаки с участием Пакульта, Кранчара, Халиловича, Брунчича. Наша команда первые пятнадцать минут провела в настолько резвом темпе, что сидевший рядом Веремеев спросил: «Откуда у них силы взялись?» Я тоже был весьма обеспокоен скоростным началом, перед матчем мы об этом не договаривались, и ясно было, что играть с такой прытью до конца встречи невозможно.

Сдали все примерно одновременно. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы почувствовать это. Австрийцы заперли нашу команду на ее половине, ворота спасали Чанов, штанга, еще раз Чанов, чуть чуть неточный удар Пакульта… Инициатива полностью перешла к «Рапиду», и с этим ничего нельзя было поделать. Нам удалось не допустить пассивной обороны, которая рано или поздно приводит к пропуску мяча. Несколько неплохих атак заставили «Рапид» перегруппировать свои силы и не стремиться вперед всей командой. Вторая половина первого тайма показала более высокую физическую готовность «Рапида», но мне, видевшему буквально накануне эту команду в одном из матчей чемпионата Австрии, было известно, что соперник наш готов на мощный взрыв лишь в короткий отрезок времени.

Этими соображениями и поделился с командой в перерыве, мы пришли к выводу, что необходимо играть рациональнее и строже, дорожить мячом, не растрачивать зря силы, не бросаться вперед очертя голову, а проводить тщательно подготовленные атаки.

Оказалось, «Рапид» был гораздо больше измочален концовкой первого тайма, чем мы. Австрийцы не ожидали всплеска с нашей стороны, замельчили и засуетились, у нас появились слаженность и уверенность, которая окрепла после того, как Беланов дважды подряд посылал мяч в ворота. Второй его гол был просто сумасшедшим: Рац выполнил штрафной, и Беланов, высоко выпрыгнув и опережая взлетевшего вместе с ним защитника, головой послал мяч точно в верхний угол. А такого гола, который забил Яковенко, я просто никогда не видел. После перепасовок между Балем и Яремчуком мяч был перенаправлен набегавшему Яковенко, мощнейший удар с правой ноги пришелся в стойку, мяч отскочил к продолжавшему движение Яковенко, и он, не сбавляя скорости, нанес неотразимый удар уже левой ногой метров с шестнадцати.

4:1 в гостях – более чем достаточно. Поэтому перед ответным матчем мы поставили такую задачу – обеспокоить результатом нашего следующего соперника, если не напугать – напугать сейчас никого нельзя, – то хотя бы вызвать у него озабоченность.

Уже в первом тайме был повторен счет венской встречи. Все проявили лучшие свои качества. Превосходства добились за счет более четких комбинационных действий, более высокой скорости, большей динамики, интенсивности и суммы технических умений.

Подошел после матча Маркович и спросил, кого бы я выделил из его парней. Я назвал Кранчара, Штадлера и Вилфурта. «А кого среди своих?» – продолжал расспросы тренер. «У нас не принято ни выделять, ни хаять».– «Правильно, – сказал Маркович, – лучший игрок в киевском «Динамо» – коллектив, командная игра. Вы играете в тяжелый для соперника футбол, потому что играете просто. Правда, еще до матча мы знали, что выходим на поле против будущего финалиста Кубка кубков». При этом Маркович на всякий случай постучал по деревянной спинке кресла в раздевалке.

Тренер «Рапида», говоря о простоте, был прав, хотя простота эта кажущаяся – сыграть на опережение, дать и получить своевременный точный пас, своевременно и точно пробить по воротам… Просто? Куда уж проще! Но сколько же нужно работать всем коллективом для достижения такой простоты.

Одна художница рассказывала мне, что, когда на выставке смотрит на картину и понимает как это сделано, она отходит от полотна. Иная же простенькая с виду работа заставляет ее остановиться и забыть обо всем на свете, потому что совершенно неясна колдовская сила автора и не возникает даже желания задуматься о технике, о приемах. Формула Пикассо: «Я не ищу. Я нахожу».

Принято считать, что каждый следующий соперник в европейском кубке сильнее предыдущего. Я придерживаюсь этой точки зрения, соответствующей логике соревнований с двухраундовыми матчами, но, признаюсь, после «Рапида» был убежден в нашем участии в финале. Разумеется, о предчувствиях своих и прогнозах не говорил никому, более того, запрещал дискутировать на эту тему в команде и принял меры, чтобы в расположение базы не попала ни одна газета с материалами о футболе. Наши соперники по полуфиналу – пражская «Дукла» – в интервью собственноручно «укладывали себя на лопатки», утверждая: «С такой командой, как киевское «Динамо» в его нынешнем состоянии, играть невозможно. Конечно, мы постараемся что либо сделать, но уж очень ничтожны наши шансы».

Я прекрасно понимал тактическую уловку пражан, и сам бы на их месте поступил точно так же. Сделав вид, что проиграли до игры (а газеты, надеялись они, будут прочитаны), они упорно продолжали работать, «забыв» или постаравшись забыть о наших 4:1 и 5:1 с «Рапидом». Как мы узнали потом, видеозаписи этих матчей киевского «Динамо» футболистам «Дуклы» показаны не были, чтобы не подвергать испытанию морально волевое состояние игроков.

Что собой представляет «Дукла», мы знали. На ней обожглась сильная на тот момент лиссабонская «Бенфика» в четвертьфинале. Португальцы проиграли в гостях 0: 1, а дома в присутствии 120 тысяч зрителей они уже в первом тайме забили два мяча, и вратарь «Бенфики» Бенту 45 минут оставался зрителем, которого абсолютно не касалось происходившее на ноле. Стоило «Бенфике», уверовавшей в свое превосходство, расслабиться, как Корейчик забил ответный гол. Это выглядело настолько невероятным, что до конца матча «Бенфика» так и не смогла собраться и при общем равенстве в счете по сумме двух матчей вылетела из Кубка из за гола, пропущенного на своем поле.

Расслабить соперника и нанести ему укол тогда, когда он этого не ожидает, – коронный номер пражан. Вот почему в перерыве первого нашего матча с ними в Киеве при счете 3:0 я подходил в раздевалке к каждому игроку, наклонялся над ним и говорил, чтобы слышал только он, одно и то же: «Счет 0:0. Ничего не меняем в тактических построениях. Счет 0:0. Внимание и еще раз внимание! Ни в коем случае не пропустить. По прежнему чередуем прессинг, взрывы с паузами, спокойной игрой». Перед тем как команда пошла на второй тайм, я еще раз сказал это всем.

Верность выбранного нами образа игры была подтверждена и во втором тайме: хотя нам и не удалось забить еще несколько мячей, но в определенные моменты соперник не в состоянии был выбраться из под командного прессинга – действия очень сложного, в нем ни один не должен «сачковать», иначе все становится бессмысленным. Когда же мы брали паузы, соперник с трудом приходил в себя. (Не могу не вспомнить в связи с этим забавную ситуацию на одной из наших тренировок, целиком посвященной предстоящему матчу. Отрабатывались элементы игры. Мы рассказывали о цели занятия одному из спортивных функционеров. «А вот сейчас, – объясняли мы, когда ребята в перерыве между сериями тренировочных заданий били по воротам, – мы взяли паузу». «А кто же вам в игре то паузу даст? – спросил наш собеседник. – Вы что, там тоже по воротам бить будете?») Но, не давая ему полностью отдышаться, команда вновь приступала к активным действиям. Матч с «Дуклой» в Киеве – образец ведения аритмичной игры.

Два гола Блохина, один Заварова принесли победу, которая по стандарту европейских клубов расценивается как гарантирующая успех по сумме двух матчей. Мячей забитых могло быть больше, и я, поздравив ребят, застыл в центре раздевалки, привычной для меня больше, чем собственная квартира, и слушал, как они оживленно обсуждают неиспользованные моменты. «Эй, компания, – воскликнул со своего места Демьяненко, снимая мокрую футболку и бросая ее в безразмерную сумку администратора, – давайте ка лучше вспомним ситуации, когда Визек и шестой номер, как его, Пелц, по моему, чуть не испортили нам настроение в конце. Помните, когда Витек (Чанов) спас, а потом Серега (Балтача)? Чехи не успокоились, поверьте мне, биться будут до конца». Толя говорит редко, но всегда точно, ему никто не возразил, все, похоже, были согласны с резюме капитана.

Залихватских настроений в команде не было. Она почувствовала вкус достаточно крупных побед, и свернуть ее с этого пути было невозможно. Меня радовало, что в высоком игровом тонусе находились не только молодые игроки, для которых весомые успехи в новинку, они как бы оглядываются еще, озираются и не верят собственному счастью, но и футболисты опытные, среди которых выделялся переживавший, чуть было не сказал по привычке «вторую молодость», нет, точнее будет– очередную молодость, Олег Блохин. Он работал наравне со всеми, на поле трудился – лучшего примера не надо, забивал, его вернули в сборную, в команде как к футболисту к нему относились с уважением. Соперники – боялись. И не потому, что он 11 лет назад получил «Золотой мяч», а потому что и сейчас, в 34 года, был полон сил, горазд на выдумку и не выпадал из коллективной игры ни на миг.

В Праге особых сложностей не возникло. Обменялись голами во втором тайме и вечером в гостинице с нетерпением ждали телевизионного сообщения о том, кто же достался нам в финале мадридский «Атлетико» или западногерманский «Байер».

О пражском матче мастер спорта Анатолий Коршунов, с которым мы небольшой отрезок времени вместе играли в «Черноморце», писал в еженедельнике «Футбол – Хоккей» так: «Отдавая должное динамовцам, отмечу, что убедительная победа в первом матче их не демобилизовала и они жаждали сыграть точно так же и в гостях. Об этом свидетельствовало прежде всего стремление вести игру на сверхскоростях. Но и соперники, не рассчитывая в общем то на многое, упорно сражались за свой престиж. И, не веря в окончательный благоприятный исход, зная, что в финал они скорее всего не попадут, упоенью и с полной отдачей боролись за локальную победу, которой ждал от них переполненный стадион. Хотя интерес зрителей, безусловно, подогревался и великолепной игрой киевлян…

Надеюсь, небольшая ложка дегтя – имею в виду ответный гол Кржижа на мяч, посланный с пенальти Белановым, – пущенная в бочку меда в тот момент, когда следовало бы поздравить динамовцев с отличной в целом игрой, с убедительным выходом в финал, будет воспринята правильно и не испортит вкусовые ощущения ни болельщикам, ни специалистам, ни самим динамовцам. Но напомнит последним, что высокая боеготовность в матчах такого ранга, такого значения, такого высокого накала должна присутствовать от первой до последней минуты.

Обычно мы говорим, что из поражений следует извлекать уроки. Надо их извлекать и из побед. В Лионе не может быть осечек, промашек, расслаблений. Ответного матча не будет…»

Да, финал состоит из одной игры, которая все и решает, не предоставляя возможности исправить оплошность.

От Утрехта до Лиона 227 дней. Это много меньше, чем понадобилось на создание новой боеспособной команды, которая готовилась к выходу на финальный матч. Началось оно даже не в начале 1985 года, когда мы вступили в сезон, оказавшийся для нас во всех отношениях победным. И не в 1984 м, во всех отношениях неудачном. Полагаю, начал эту работу в 1983 году мой преемник (оказалось – на короткий срок) Юрий Андреевич Морозов. Он ввел в основной состав некоторых из тех, кто дошел до Лиона, продолжал работать по методике, принятой и апробированной в киевском «Динамо». Безусловно, ему не хватило времени, а некоторым футболистам, так и не ставшим ему помощниками, – терпения. Я благодарен Ю. А. Морозову за то, что он не отошел от принципов, исповедуемых в киевском «Динамо» с 1974 года.

Я начал жить финалом с того самого момента, когда 16 апреля по чехословацкому телевидению нам сначала сообщили, что соперником киевского «Динамо» стал мадридский «Атлетико», а затем и показали, как он этого добился в ответной встрече с «Байером» на поле соперника. Дома испанцы победили 1:0, и их шансы оценивались невысоко. Тем не менее уже в первом тайме они забили два мяча, второй проиграли, общий счет 3:2 в их пользу. Луис Арагонес, тренировавший тогда «Атлетико», в телевизионном интервью сказал, что еще с прошлого года не сомневался в выходе киевского «Динамо» в финал, а в успехе своей команды до поездки в ФРГ уверен не был. «Испанские команды попали в финал трех европейских турниров, – отметил тогда Арагонес, – и нам было бы неприятно выступить хуже «Барселоны» и «Реала».

Несколько обстоятельств беспокоили меня, когда в ночь с 28 на 29 апреля мы ехали в Москву, чтобы оттуда самолетом отправиться во Францию, я практически не сомкнул глаз. Счастливый человек Ваня Яремчук, у него словно нет нервов. Войдя в вагон и поставив сумку, он сказал, ни к кому не обращаясь, а так, вообще: «Какая разница кого обыгрывать? Мадрид так Мадрид…» Потом добавил, выглянув на перрон: «Ох и толпа здесь соберется 5 го утром!» Ивану действительно все равно, против кого играть, будь то «Нива» (Винница) или московский «Спартак», сборная Аргентины или «Атлетико», пусть даже сборная Марса…

Я был далек от оптимизма Яремчука из за ряда, как уже говорил, обстоятельств.

16 апреля мы сыграли в Праге, а затем на десять дней ведущие игроки исчезли из нашего поля зрения. Сначала они поехали в Симферополь, тренировались в сборной, играли против сборной Крымской области, затем отправились в Румынию, на товарищеский матч с национальной командой этой страны (23 апреля), к нам попали 25 апреля, за два дня до важного календарного поединка со «Спартаком» в Киеве.

Заваров получил травму в Симферополе, к счастью, она оказалась легкой. Блохин же в своем сотом матче за сборную надорвал мышцу бедра. Травма для футболистов обычная, но для лечения требующая времени, которого, понятно, не было. Неделей здесь не отделаться. За Блохина в Киеве взялись оба наших доктора – кандидат медицинских паук Владимир Игоревич Малюта и Виктор Иванович Берковский. Дважды в день они информировали меня. Ничего утешительного сообщить до отъезда не могли. Блохин не тренировался. Травму он получил на ровном месте, соперники в этот момент не атаковали. Такое бывает. В данном случае причина однозначна: перенапряжение мышцы – сказались многочисленные матчи за клуб и сборную в марте и апреле, в общей сложности пятнадцать игр менее чем за два месяца, отсутствие необходимого на восстановление времени.

Олег, конечно, поехал с нами на финал, выдержав интенсивный курс лечения, предложенный врачами, продолжал его и во Франции, но даже в день игры, да что там в день, за несколько минут до матча мы так и не знали, выйдет ли он на поле.

Сам он страстно хотел играть во втором в своей жизни финале, я был убежден, что его выход на поле будет для нас дополнительным плюсом, медицина не говорила ни «да», ни «нет», оставляя все на усмотрение игрока и тренера. Я прямо сказал Олегу, что очень рассчитываю на него, и мы условились принять окончательное решение после предматчевой разминки. Уславливаясь об этом, я уже не сомневался в том, что в протокол в стартовом составе надо вписывать Блохина: видел, что отступать он не собирается.

Я всегда наблюдаю за разминкой своей команды. В Киеве а Лужниках – из туннеля, ведущего на поле, в других городах – с бровки, стоя в определенной точке. На скамейку сажусь за несколько мгновений до начала матча, не говоря больше ни слова игрокам, – все уже сказано в раздевалке. Я бы не стал называть это суеверием, это – своего рода традиция, установленный порядок действий перед матчем, неколебимый даже в мелочах, таких, как определенное место в автобусе, как выход из автобуса последним, как молниеносный взгляд на трибуну (но это только в Киеве), на места, где сидят самые близкие мне люди– жена и верный помощник Ада и дочь Света.

Блохин подошел к бровке и сказал, что все в порядке, играть он может. Я кивнул в ответ и пошел на скамейку, с которой трижды за матч вскакивал, приветствуя ребят, забивавших мячи в ворота Филлола, а потом, после финального сигнала австрийского арбитра Франца Верера как мальчишка помчался на поле поздравлять триумфаторов Кубка кубков, ловил себя на мысли, что несолидно, наверное, если смотреть со стороны, взрослому, довольно массивному человеку вот так вот мчаться чуть ли не вприпрыжку, но все равно бежал – бог с ним, что там видно со стороны…

Давно заметил, что во всех финалах – любых турниров – не происходит так называемой разведки, когда соперники словно прощупывают друг друга, подавляют нервозность, входят в игру постепенно. Информация у тренеров имеется «от» и «до», чрезмерное волнение остается в раздевалках, а постепенный вход в игру грозит быстрыми неприятностями. Мы вынудили, как было справедливо отмечено в одном из отчетов о финале, сыграть соперника настолько плохо, насколько сильны были сами.

До матча возникали опасения, связанные с воздействием публики – треть ее составляли прибывшие на игру сторонники «Атлетико». Нам такая поддержка за рубежом и не снилась. Единственный выход заключался в следующем: на зрителя внимания не обращать, а игрой заставить болеть за себя остальные две трети, иначе говоря около тридцати тысяч французов. Примерно с середины первого тайма французские любители футбола, которых не проведешь, толк в игре они знают, откликнулись на нашу «просьбу», удалось их очаровать, и на стадионе «Жерлан» загремело: «Ки ев! Ки ев!»

Ведущая сторона в матче к тому времени уже определилась – наша команда не только забила один мяч (на шестой минуте это сделал Заваров, вынырнув из пустоты и использовав отскок мяча от Филлола после удара Беланова), по и провела несколько серьезнейших коллективных мероприятий. Испанцы попытались перевернуть игру, захватить середину поля, на которой безраздельно царствовала четверка наших хавбеков при поддержке Бессонова, Демьяненко и Кузнецова. Им не удалось сделать это ни в первом тайме, ни во втором (в первые минуты второго тайма они яростно, иного слова не подберешь, набросились на наши ворота), все их поползновения осая?дались грамотно выполнявшимся коллективным отбором, когда надо – прессингом и, самое главное, настойчивым продолжением активного поиска путей к воротам «Атлетико», в котором участвовали полевые игроки команды, составляя различные атакующие коалиции.

Можно привести десятки восторженных отзывов об этом матче, опубликованных в зарубежной прессе и хранящихся в клубном архиве для истории. Но все, что основывается на эмоциях, не может претендовать на серьезный анализ, а только он помогает лучше понять игру, выявить ее подводные рифы, дать объективную сбалансированную оценку.

Позволю себе при этом привести одну две выдержки из высококвалифицированного суждения о финальном матче в Лионе, высказанного моим коллегой Никитой Павловичем Симоняном на страницах еженедельника «Футбол – Хоккей» дней десять спустя после встречи, когда страсти вокруг этой игры поулеглись: «Хочу поделиться одним наблюдением. Если в прошлые годы киевляне, добившись минимально выгодного для себя счета, на этом успокаивались, то сейчас команда играет по иному. Во всяком случае, внешне: продолжает развивать свое преимущество, наращивать скорость и стремится забить столько, сколько получится. Шутка ли, из девяти проведенных в Кубке кубков матчей динамовцы шесть (!) выиграли с разницей в три и более мячей. Да у нас в чемпионатах за тридцать с лишним матчей обладатель приза «Крупный счет» не всегда набирает столько побед.

Но, должен сказать, в прошлые годы команда довольствовалась минимальным не потому, что она этого хотела. Просто в силу различных причин уровень ее подготовленности не всегда соответствовал принципам, которые она проводит в жизнь на футбольном поле. А принципы эти всегда были направлены на одно – одержать победу в любом турнире. При этом команда стремилась к сбалансированным действиям в атаке и обороне, прекрасно понимая что перекос в какую либо из сторон ничего хорошего в современном футболе не приносит.

Сейчас команда играет так, что соперникам сложно к ней приспособиться. Кого, к примеру, нейтрализовывать из тех, кто может забить гол? Вопрос не праздный, ибо только в нынешнем розыгрыше Кубка кубков у киевлян забивали восемь игроков: Блохин, Беланов и Заваров – по пять мячей, Евтушенко и Яремчук – по три, Демьяненко и Рац – по два, Яковенко – один. Опытный наш специалист К. И. Бесков говорил мне: «Сегодня против киевского «Динамо» играть сложно. Гораздо сложнее, чем раньше. Если вчера я знал, как строить игру против него, то сегодня эта команда демонстрирует острокомбинационную игру на высокой скорости, отменно функционально подготовлена, и приноровиться к ней трудно».

Не стал бы утверждать, что испанцы были на «Жерлане» статистами. Их удалось смять великолепной циркуляцией мяча – точной, синкопированной, ритмичной (вспомним второй гол, когда «веер» слева направо в одно касание, играя с мадридцами в «кошки мышки», развернули Рац, Беланов и Евтушенко, а заканчивал все Блохин, перебросив мяч через Филлола, и я тогда только окончательно поверил в нашу победу), – но они предпринимали сверхусилия, чтобы выбраться из этой круговерти, надо отдать им должное, сражались до последних минут, и только в конце, между прочим, нам удалось забить еще два мяча.

Незадолго до перерыва мы вынуждены были сделать перестановки в оборонительной линии, ничуть не повлиявшие, как показали события, на игру. Сергей Балтача, мужественный парень, порвал ахилловы сухожилия, с поля его унесли, позицию «либеро» занял Бессонов, а на фланге обороны стал действовать Баль. Еще одну замену провели незадолго до конца второго тайма. Захромал Заваров, вышел Евтушенко, убежавший, как лань, от всех защитников, переигравший вратаря и забивший последний гол.

Коллективное осмысленное движение поставлено во главу угла в современном футболе. Игровой прямоугольник стал таким же доступным, как баскетболистам – баскетбольная площадка. Футболистам, подготовленным, естественно, как подобает, не составляет труда промчаться 50–60 метров вперед и столько же – назад. На поле не должно быть пассивных игроков. Общее движение. Ошибка должна быть моментально исправлена. Сегодняшний футболист не является одиноким солдатом, сражающимся в своем углу с противником. Он охватывает все поле битвы, а на поле этом нет клочков, свободных от борьбы.

Средняя линия нашей команды в Лионе оказалась главной движущей силой, активно участвующей в созидательной и разрушительной игре. «Разрушение» ассоциируется с «отбойным молотком», сводящим на нет все попытки соперников ворваться в штрафную площадку. «Молоток» должен немедленно превращаться в «пружину», способную за считанные секунды распрямиться до противоположных ворот. Нет созидания и разрушения по отдельности. И когда я видел, как задуманная Томасом, Да Сильвой и Кабрерой хитроумная атака срывалась благодаря коллективным усилиям не поймешь кого – защитников или хавбеков, а то и Блохипа с Белановым, а потом Демьяненко с Рацем, меняясь местами, мчались по левому флангу, а параллельно им справа на той же скорости шли Бессонов и Яремчук, а в центре запутывали маневрами соперников Заваров, Блохин и Беланов, я мысленно аплодировал команде, не зная даже, чем закончится этот эпизод. И таких эпизодов, часть из которых удалось реализовать, было много вечером 2 мая 1986 года, и телевидение многомиллионно тиражировало их по всему континенту.

…Подскочил с блестящими от радости глазами Яремчук: «Ну, что я говорил?» – «Что, когда?!» – «Да в поезде же!»

Вечером 2 мая, принимая поздравления от официальных лиц из УЕФА и соперников, от работников нашего посольства во Франции и лионцев, пришедших пожать ребятам руки и получить автограф на программке К матчу, поздравляя друг друга, мы не знали, что ровно через месяц в Мексике примерно в таком же составе команда выйдет на поле стадиона в Ирапуато на матч со сборной Венгрии в программе чемпионата мира и мне придется готовить ее к этой игре.

Для пас в тот вечер закончился второй поход за Кубком кубков, начавшийся бог весть когда, и закончился он счастливо – достойной победой в трудной борьбе.




<< предыдущая страница   следующая страница >>
Смотрите также:
Валерий Лобановский Бесконечный матч
2889.44kb.
11 стр.
Золотой фонд "динамо". Валерий лобановский, левый крайний
50.47kb.
1 стр.
Валерий Белянин Основы психолингвистической диагностики
3481.56kb.
13 стр.
Реферат «История бумаги»
465.58kb.
6 стр.
А. Ю. Дворниченко " "
448.4kb.
5 стр.
Конкурс по русскому языку «Таинственные надписи»
40.92kb.
1 стр.
Интервью с Сергеем Чернышевым Беседу вели Дан Медовников и Валерий Фадеев Сергей Чернышев в 1976 г закончил мфти
91.57kb.
1 стр.
Программа обновление гуманитарного образования в россии
3954.49kb.
19 стр.
Генерал-полковник Баранов Валерий Петрович
137.26kb.
1 стр.
Правда прошлого против исторических мифологем Валерий Балаев
266.66kb.
1 стр.
Реферат по введению в авиаионно-космическую технику на тему студента группы 03-109 Овчинников Денис предпадаватель Постников Валерий Александрович
240.45kb.
1 стр.
Российская академия художеств «Соприкосновение»
82.81kb.
1 стр.